Личная библиотека и записная книжка

Маттео Банделло. Ч.1. Новелла IV. Графиня ди Челлан заставляет убить графа ди Мазино…

Posted in библиотека by benescript on 08.04.2015

Перевод А. Шадрина 

Печатный источник неизвестен

Онлайн-источник: http://facetia.ru/node/614


Графиня ди Челлан заставляет убить графа ди Мазино, и ей самой потом отрубают голову

Вы, должно быть, знаете, что синьора Бьянка Мария[99], о которой пойдет речь, — я говорю «синьора» из уважения к обоим ее мужьям, — происходила из простой семьи, род ее пользовался не особенно хорошею славой: она была дочерью некоего Джакомо Скаппардоне, простолюдина из Казаль-ди-Монферрато[100]. Сей Джакомо смолоду еще занимался ростовщичеством и брал такие большие проценты, что изрядно на этом нажился и получил возможность скупить немало земель. И он все еще продолжал давать деньги в рост, тратил же их мало и преотменно разбогател. Женился он на молодой гречанке, прибывшей из Греции вместе с матерью маркиза Гульельмо, который был отцом герцогини Мантуанской[101]. Жена Джакомо была очень хороша собой и мила, но она была намного его моложе: в то время как он стал уже глубоким стариком, ей не исполнилось еще и двадцати лет. У них родилась одна-единственная дочь — та самая Бьянка Мария, о которой я упомянул в начале рассказа. Отец ее умер, и девочка, совсем еще маленькой, осталась на попечении матери-гречанки, унаследовав недвижимого имущества на сумму не меньше ста тысяч дукатов. Девочка росла очень миловидной, веселой и резвой. Когда ей было лет пятнадцать — шестнадцать, ее взял себе в жены синьор Эрмес Висконте, сын всеми уважаемого дворянина, синьора Баттисты, и, очень пышно и торжественно справив свадьбу, со всеми почестями привез ее в Милан. Старший брат ее мужа, синьор Франческо, выслал ей в подарок роскошную резную золоченую карету; верх ее был обтянут парчой, весь в затейливых узорах, причудливых завитках — и вышитых и рисованных. Не было цены и впряженным в карету четырем рысакам, белым, как горностай. В этой карете синьора Бьянка Мария торжественно въехала в Милан, где и прожила потом с синьором Эрмесом около четырех лет. Когда он умер, она вернулась в Монферрато, в Казаль, и там, оказавшись на положении вдовы, богатой и свободной, зажила в свое удовольствие, утешаясь любовью то с тем, то с другим.

Немало мужчин сватались к ней и хотели на ней жениться. Самыми знатными искателями ее руки были синьор Джизмондо Гонзага, сын синьора Джованни, и граф ди Челлан, барон Савойский, владелец поместья в долине Аосты и многих замков, приносивших ему немалый доход. Чтобы угодить зятю своему, владетелю Мантуи, маркиза Монферратская старалась сделать все, чтобы выдать молодую вдову за синьора Джизмондо, и можно было уже считать, что свадьба эта — дело решенное. Но граф ди Челлан так искусно ухаживал за синьорой Бьянкой и так обворожил ее, что ему удалось втайне обвенчаться с ней, и таким образом они оказались связанными узами брака. Маркизе Монферратской брак этот был очень не по душе, и она рада была бы отомстить синьоре Бьянке Марии, сыграв с ней какую-нибудь злую шутку, однако из уважения к графу она не решалась дать волю своим чувствам.

Итак, о браке этом оповестили всех и справили свадьбу, не сулившую, однако, ничего хорошего на будущее. Должно быть, верны слова поговорки: «Женишься по любви, а расстаешься по злобе», — потому что, после того как они какое-то время прожили вместе, между ними пошли раздоры, такие жестокие, что Бьянка Мария тайком убежала от мужа и поселилась в Павии, где завела себе хороший, приятный дом и стала жить слишком уж свободно и не так, как пристало женщине порядочной. В это время на службе у императора состоял Ардиццино Вальперга, граф ди Мазино вместе с братом своим, синьором Карло. Случайно оказавшись в Павии и увидав там Бьянку Марию, Ардиццино влюбился в нее и стал проводить у нее целые дни, стараясь угадать каждое ее желание и готовый на все, чтобы добиться своей цели. Он, надо сказать, немного прихрамывал, но это был очень красивый и обходительный юноша, и ему не понадобилось много времени на то, чтобы овладеть предметом своей любви. Больше года они прожили, наслаждаясь счастьем, причем так открыто, что не только в самой Павии, но и по всей округе уже пошли толки об их близости.

Случилось, что в Павию приехал синьор Роберто Сансеверино, граф ди Гаяццо, человек молодой, красивый и статный. Приглядевшись к нему, синьора Бьянка Мария смекнула, что он покрепче сложен и, сдается, поискусней будет в любви, нежели ее избранник, которым она к тому времени, может быть, уже успела пресытиться, и решила добиться его расположения. Поэтому она стала неприветлива с синьором Ардиццино и, не желая, чтобы он бывал у нее в доме, начала всячески вызывать его на ссору. Молодая женщина, забыв обо всем, что между ними было, начала говорить ему грубости, называть калекой, уродом и даже ругать разными бранными словами. Он же, не желая сносить обиды, дал волю своему гневу и не раз обозвал ее бесстыжей бабой, распутницей, потаскухой. И там, где раньше была великая любовь, теперь пробудилась лютая ненависть.

Синьор Ардиццино уехал из Павии и всюду, где только заходила речь о Бьянке Марии, говорил о ней все то дурное, что можно сказать о публичной девке. Ей часто рассказывали, как злословит о ней ее бывший любовник, и в отместку ему она решила безраздельно отдаться графу. Она думала, что таким путем сумеет обольстить его, и он всецело будет в ее власти, и она сможет тогда распоряжаться им, как ей заблагорассудится. И вот однажды в разгар любовных утех, когда граф, казалось, был сам не свой от страсти, она очень вкрадчиво и ласково стала упрашивать его убить синьора Ардиццино, который якобы непрестанно возводит на нее всяческую хулу. Графа эта просьба до крайности поразила. Он, однако, не растерялся и ответил, что исполнит не только это ее желание, но готов исполнить и любое другое, только бы ей угодить. Вместе с тем, зная, сколь коварна эта женщина, и памятуя о том, что синьор Ардиццино благороднейший человек и к тому же его друг, от которого он никогда не видел ничего худого, он решил, что не станет причинять ему никакого вреда, тем более что скорее уж синьор Ардиццино имел основания считать себя оскорбленным тем, что он, граф, хоть и не ведая того, лишил его радостей любви в объятиях синьоры Бьянки Марии. Сам же он тем временем стремился полнее насладиться ласками своей возлюбленной.

Так прошло несколько месяцев. Но стоило Бьянке Марии узнать, что, когда синьор Ардиццино бывал в Павии, — а он приезжал туда за это время раза два или три, — граф не только не пытался убить его, но и просто вызвать на ссору, а напротив, обласкал его и даже несколько раз обедал и ужинал с ним в компании, — как она решила порвать с графом. И вот по этой ли, по какой ли другой причине, она начала прикидываться больной и, пользуясь всякий раз тем или иным предлогом, не позволяла графу видеться с ней. Чаще всего она ссылалась на то, что к ней являются посланцы от мужа ее, монсиньора ди Челлана, который желает примириться с ней, и что она готова все сделать, чтобы вернуться к мужу. И она просила графа больше не приходить к ней, дабы посланцы мужа, приезжающие из Павии, не могли сказать о ней ничего дурного. То ли граф ди Гаяццо поверил этой басне, то ли нет, но, так или иначе, он сделал вид, что поверил, и без лишних слов с ней расстался, положив этим конец своей любовной связи с нею, и, чтобы больше не представилось случая возобновить ее, уехал из Павии в Милан.

Когда синьора Бьянка Мария увидела, что граф ее покинул, она подумала о том, что вообще-то говоря ей жилось привольнее с синьором Ардиццино, который страстно ее любил, и сменила ненависть свою к нему на любовь, а вернее говоря — одно вожделение на другое. И, решив вернуться к прежним любовным забавам с синьором Ардиццино, она изыскала способ поговорить с ним и оправдаться и уверила его, что безраздельно принадлежит ему и будет принадлежать до гроба, если только он этого захочет, и стала просить, чтобы он, в свою очередь, дал обещание принадлежать ей одной, как и она ему, навеки.

И случилось так, что синьор Ардиццино снова вернулся к прежней жизни и, снова начав предаваться любовным утехам с синьорой Бьянкой Марией, денно и нощно пребывал с нею. И так прошло много времени, когда вдруг женщине этой пришла в голову мысль убить графа ди Гаяццо. Если бы кто-нибудь спросил ее, почему ей этого захотелось, то сильно сомневаюсь, что она могла бы назвать какую-нибудь причину, разве что по недомыслию своему, готовая на самые страшные злодеяния, она сослалась бы на свое разнузданное и бесстыдное вожделение, которое, не скажу даже владело ею, а толкало с неистовой силой, ведя к погибели и ее самое, и других, о чем вы и узнаете сейчас, слушая то, что я расскажу.

Одержимая этой мыслью, Бьянка Мария убедила себя, что не сможет радоваться жизни, если граф ди Гаяццо останется в живых. И так как она не могла придумать иного способа разделаться с ненавистным ей человеком, то она решила, что палачом его должен стать синьор Ардиццино. И однажды ночью, лежа с ним в постели и предаваясь ласкам, она сказала:

— Вот уже несколько дней, господин мой, как я хочу просить вас доставить мне одно удовольствие, и мне не терпится, чтобы вы исполнили мою просьбу.

— Я готов сделать все, о чем вы меня попросите, — ответил ее любовник, — даже если это будет делом трудным, лишь бы оно было в моих силах.

— Скажите, — спросила она, — граф ди Гаяццо вам друг?

— Ну, разумеется, — ответил синьор Ардиццино, — я убежден, что он мне друг, и притом верный, я ведь люблю его как брата, да и он меня не меньше, и он всякий раз старается сделать мне что-нибудь приятное, так же как и я ему. Но почему вы меня об этом спрашиваете?

— Сейчас узнаете, — ответила Бьянка Мария и, нежно поцеловав его шесть раз, продолжала: — Любимый мой, вас жестоко обманули, я твердо уверена, что на целом свете у вас нет большего врага, чем он. Теперь послушайте, откуда я об этом узнала, чтобы вы не думали, что все это лишь плод моего воображения. Когда он бывал у меня, у нас с ним однажды зашел разговор о вас, и он поклялся мне, что не успокоится до тех пор, пока не вонзит вам в грудь отравленный кинжал, и что недалек тот день, когда он сыграет с вами такую шутку, после которой вы отдадите богу душу. И еще много всего худого говорил он о вас, но откуда у него такая ненависть к вам, он ни за что не захотел мне открыть, как я его ни пытала. И хоть я в то время была в обиде на вас, я без устали молила его, чтобы он отказался от своего замысла. На это он в гневе ответил, что решение его непоколебимо и лучше нам поговорить о чем-нибудь другом. Так что остерегайтесь его всемерно. Но я дам вам хороший совет, и, если вы последуете ему, вам не придется бояться ни самого графа, ни его угроз. Я бы на вашем месте упредила его и поступила с ним так, как он собирается поступить с вами. Тем самым вы окажетесь хитрее его, и вас за это век будут хвалить и почитать. Верьте мне, если вы не начнете первым, он не будет дремать, и стоит вам только немного зазеваться, как он убьет вас. Последуйте моему совету, убейте его, и как можно скорее; совершив это, вы не только исполните свой долг и поступите как рыцарь, защищая свою жизнь, которая, разумеется, вам дорога, но и мне доставите величайшее удовольствие. И если вы не хотите сделать это ради себя, то сделайте из любви ко мне, — ведь, даже подари вы мне целый город, я бы не так радовалась этому подарку; для меня большей радостью было бы видеть мертвым этого заику. Если только вы меня любите, — а я верю, что вы меня любите, — вы разделаетесь с этим наглым человеком, с этим гордецом, который не признает ни бога, пи людей.

Bordone. Daphnis and Chloe

Синьор Ардиццино, может быть, и поверил бы всей этой хитросплетенной лжи, если бы его возлюбленная не обнаружила в эту минуту своих истинных чувств. Он понял, что женщиной этой движет какая-то особая ненависть к графу, а отнюдь не страх за его жизнь, и он в глубине души теперь уверился, что тот не говорил против него ни одного дурного слова. Однако он сделал вид, что очень признателен ей за предупреждение, и много раз ее благодарил, обещав последовать мудрому совету, который она ему дала.

Однако следовать этому совету он не стал. Он решил, что прежде всего поедет в Милан и поговорит с графом. Так он и сделал. Там, найдя для этого подходящий случай, он затеял с графом разговор и во всех подробностях передал ему слышанное от Бьянки Марии. Граф перекрестился и, пораженный его рассказом, воскликнул:

— Какая же это паскуда! Не будь позорным делом для человека благородного пачкать руки в крови женщины, да еще такой бесстыжей твари, как эта, я бы с корнем вырвал у нее из глотки язык. Только прежде мне хочется, чтобы она призналась, сколько раз она заклинала меня убить вас.

И так, раскрывая друг другу глаза на все козни этой злобной женщины, они поняли сполна всю ее низость. И они стали говорить о ней все то худое, что говорится в таких случаях о женщине распутной и бесстыжей, и, как дома, так и на людях, рассказывать о ее злодеяниях, сделав ее притчей во языцех всего города.

До ушей Бьянки Марии дошло все, что говорили о ней эти синьоры, и, хотя она притворилась, что ей нет до этого дела, она не находила себе места от ярости и думала лишь о том, как бы жестоко за все отомстить. Через некоторое время она поехала в Милан и остановилась там в доме синьоры Дарий Боэты.

В ту пору в Милане жил сицилиец Пьетро ди Кардона, который командовал отрядом своего брата дона Артале, а был он побочным сыном графа Коллизано, павшего в сражении при Бикокке[102]. Дон Пьетро был молодой человек лет двадцати двух, смуглолицый, ладно скроенный и всегда печальный. Увидев синьору Бьянку Марию, он страстно в нее влюбился. Она же, завязав с ним знакомство, поняла, что это еще совершеннейший птенец и что он-то и может стать исполнителем ее заветного желания. Она старалась быть с ним всегда веселой и, как только могла, пыталась обольстить его и увлечь. Ему же еще никогда в жизни не случалось иметь дело со знатной дамой. И, думая, что она одна из первых женщин в Милане, он был сам не свой от разгоревшейся в сердце страсти. Кончилось тем, что она назначила ему свиданье и оставила у себя на всю ночь. Бьянка Мария была с ним очень нежна и вела себя так, будто любовь совершенно ее опьянила, была с ним ласкова и сама радовалась его ласкам, он же почитал себя самым счастливым любовником на свете и думал только о ней одной. И он оказался в таком подчинении у этой женщины, что через некоторое время без лишних слов она решилась попросить его оказать ей особую милость — убить графа Гаяццо, а заодно и синьора Ардиццино. Дон Пьетро, который на все смотрел ее глазами, нимало не задумываясь, обещал исполнить ее просьбу и без промедления приступил к делу.

Граф ди Гаяццо в это время куда-то отлучился, синьор же Ардиццино пребывал в Милане, и поэтому дон Пьетро решил начать с него. Через своих соглядатаев он выведал, что в определенный день вечером синьор Ардиццино приглашен на ужин. Дело было зимой, когда ужинают обычно поздно, и дон Пьетро, взяв с собой двадцать пять своих солдат, вооруженных с головы до ног, стал дожидаться возвращения синьора Ардиццино. Вы знаете, что налево от улицы Маравильи в сторону Корсо-Сан-Джакомо есть проход под аркой. Зная, что синьор Ардиццино появится там, дон Пьетро укрылся со своими людьми в соседнем домике, а так как ему донесли, что синьору Ардиццино будет сопутствовать его брат, синьор Карло, он расположил своих людей таким образом, что они окружили обоих братьев, закрыв им проход. Здесь-то они с ними и схватились. Но что могли сделать двое молодых людей и каких-то восемь или девять слуг, у которых ничего не было, кроме шпаг, с таким множеством вооруженных алебардами солдат.

Бой длился недолго, несчастные молодые люди, равно как почти все их слуги, были убиты. Герцог Бурбонский, бежавший из Франции[103] и бывший в то время наместником императора в Милане, приказал в ту же ночь схватить дона Пьетро и отправить его в тюрьму; там он признался, что совершил это убийство по наущению возлюбленной своей Бьянки Марии. Когда та узнала, что дона Пьетро арестовали, она могла бы еще спастись бегством, но почему-то осталась в Милане. Как только до герцога Бурбонского дошла весть о том, какое признание сделал дон Пьетро, он приказал схватить Бьянку Марию, которая совсем растерялась и взяла с собой кошелек, где было пятнадцать тысяч золотых скудо, надеясь подкупить стражу и выйти на волю. Дону Пьетро помогли бежать из тюрьмы. А злосчастную Бьянку Марию, собственными устами подтвердившую признание любовника, приговорили к смертной казни через отсечение головы.

Когда ей прочли приговор, то она, не зная, что дону Пьетро удалось бежать, никак не могла примириться с мыслью, что ей предстоит умереть. Когда же ее привезли в крепостной равелин, выходивший на площадь, и показали плаху, она залилась слезами и стала просить, чтобы ей оказали последнюю милость — дали возможность увидеться с любимым доном Пьетро. Но мольбе ее не вняли и несчастной отрубили голову. Вот к чему привела ее необузданная похоть. А тому, кто хочет знать, как она выглядела, надо только пойти в церковь Большого монастыря, и там он увидит ее портрет.

ПРИМЕЧАНИЯ

  • [99] Графиня ди Челлан… ей отрубают голову. — В основе новеллы подлинные события: графиня ди Шалан была казнена в 1526 г., ее судьба не раз привлекала внимание поэтов и драматургов.
  • [100] Казаль-ди-Монферрато. — Казале в XVI в. — важная крепость, главный город маркизата Монферрато.
  • [101] … прибывшей из Греции вместе с матерью маркиза Гулъельмо, который был отцом герцогини Мантуанской. — В Монферрато с начала XIV в. правил греческий род Палеологов; мать маркиза Гульельмо — из греческого рода Комнин; маркиз Гульельмо, правитель Монферрато — тесть герцога Джованни Гонзага, правителя Мантуи.
  • [102] …в сражении при Бикокке. — Бикокка — местность близ Милана, где французы в 1522 г. были разбиты испанским войском Карла V в ходе франко-испанской войны за Ломбардию.
  • [103] Герцог Бурбонский, бежавший из Франции и бывший в то время наместником императора в Милане… — Карл Бурбон, коннетабль Франции, перешел на сторону императора Карла V, командовал испанскими войсками в Ломбардии; в 1527 г. во главе их вместе с ландскнехтами разграбил Рим; был убит выстрелом из аркебузы, который Бенвенуто Челлини приписывает себе.

Примечания Г. Муравьевой

Итальянский оригинал текста

ВЕРНУТЬСЯ К СПИСКУ НОВЕЛЛ

Читать предыдущую новеллу

Читать следующую новеллу


ДРУГОЙ ПЕРЕВОД

Печатный источник: Перевод И. Георгиевской // Итальянская новелла Возрождения. Изд. АВС, 2001

Онлайн-источник: http://maxima-library.org/avtory/avtory/b/300035/readhtml


Графиня ди Челлан заставляет своего любовника убить графа ди Мазино, за что ее и обезглавливают

Вы, синьоры мои, вероятно, знаете, что синьора Бьянка Мария, о которой будет идти речь, — говорю синьора из уважения к тем двум мужьям, которых она имела, — была из простой семьи и незавидного происхождения. Отец ее Джакомо Скаппадроне был простолюдин из Казаль Монферрато. Этот Джакомо нажил состояние, отдавая деньги в рост под огромные проценты, и, занимаясь этим делом с ранних лет, со временем настолько преуспел, что скупил много земли и, не переставая ссужать деньги, а расходуя весьма мало, приобрел большие богатства. Женой его была гречанка, привезенная из Греции матерью маркиза Гульельмо, отца герцогини Мантуанской. Жена Джакомо отличалась необыкновенной красотой и приятностью в обращении, но с мужем у нее была большая разница в летах: он был почти стариком, а ей едва минуло двадцать лет: У них была единственная дочь — эта самая Бьянка Мария, о которой я повел речь.

Отец умер, и девочка, еще совсем маленькой, осталась на попечении своей матери гречанки и унаследовала имущество, много превышавшее сотню тысяч дукатов. Девочка была хорошенькой и такой грациозной и живой, что подобную ей трудно было сыскать. Когда ей пошел шестнадцатый год, Эрмес Висконти, сын высокочтимого патриция синьора Баттиста, взял ее в жены и с необыкновенной пышностью и с превеликой торжественностью привез в Милан.

Синьор Франческо, старший брат синьора Эрмеса, выслал навстречу, в подарок ей, роскошную коляску, всю в резьбе и позолоте, с верхом из богатой парчи, затканной всевозможными замысловатыми узорами и окаймленной красивейшими фестонами. Четыре белых, как горностай, рысака, тоже баснословно дорогих, были впряжены в эту коляску. Синьора Бьянка Мария торжественно въехала в этой коляске в Милан, где и прожила с синьором Эрмесом около шести лет. Когда муж умер, она снова вернулась в Казаль Монферрато и, будучи свободной и богатой, стала вести беспечную жизнь, предаваясь любовным утехам то с одним, то с другим.

Многие на нее заглядывались и прочили себе в жены, но самыми ретивыми ее поклонниками были синьор Джисмондо Гонзага, сын синьора Джованни, и граф ди Челлан, савойский барон, у которого было имение в долине Аосты и много замков, приносивших ему большой доход. Маркиза Монферратская, желая угодить своему родственнику, властителю Мантуи, изо всех сил старалась выдать ее за синьора Джисмондо, и казалось, брак этот вот-вот состоится. Но граф ди Челлан с таким упорством за ней ухаживал и так сумел ее обворожить, что ему удалось тайком с ней обвенчаться и сделать ее своей женой.

Маркиза Монферратская, хотя брак этот был ей очень не по душе и она была не прочь сыграть какую-нибудь злую шутку с синьорой Бьянкой, все же скрыла свою досаду и из почтения к графу отказалась от всяких действий. Итак, о браке было объявлено, но свадьбу отпраздновали не без тяжелых предчувствий, что в будущем и оправдалось. Ибо правильно гласит наша поговорка: «Кто сходится по любви, тот расходится по ненависти».

И недолго они прожили вместе, как возникли между ними столь ужасные раздоры, что Бьянка по какой-то причине тайком сбежала от мужа и уехала в Павию, где завела открытый дом, и стала вести себя слишком свободно и весьма нескромно. Как раз в это время на службе у императора состояли Ардиццино Вальперга, граф да Мазино и брат его, синьор Карло. Случай привел Ардиццино в Павию; увидев Бьянку, он в нее влюбился и целыми днями просиживал у нее в доме, всячески стараясь угодить ей, пускаясь на всевозможные ухищрения, лишь бы добиться своей цели. Хотя он немного прихрамывал, все же он был юношей довольно красивым и весьма обаятельным, так что вскоре ему удалось стать обладателем Бьянки. Более года они наслаждались счастьем, да так открыто, что не только в Павии, но и по всей округе люди об этом поговаривали.

Случилось однажды, что синьор Роберто Сансеверино, граф да Гайяццо, юноша благородный, отважный и весьма привлекательный, прибыл в Павию. Синьора Бьянка Мария заприметила его и смекнула, что он будет лучшим и более пылким обожателем, нежели ее теперешний, видимо, уже сильно ей надоевший. Она решила сделать графа своим новым любовником. Поэтому она стала встречать синьора Ардиццино с недовольным видом, избегала свиданий с ним, и часто между ними вспыхивали ссоры. Молодая женщина, более резкая на язык, чем ей это пристало, забыв о его доброте к ней, всячески поносила его, называя не только хромоногим и уродом, но и осыпая разными другими обидными словами. Он же, будучи не в состоянии вынести эти оскорбления, много раз давал волю своему гневу, называя ее в лицо бесстыжей девкой, распутницей и потаскухой, так что там, где раньше была великая любовь, родилась великая ненависть.

Синьору Ардиццино пришлось уехать из Павии, и повсюду, когда заходила речь о Бьянке Марии, он говорил о ней столь ужасные вещи, какие говорятся только о публичной женщине. Ей часто передавали, как поносит ее прежний любовник, но она не смущалась этим, всецело отдавшись графу да Гайяццо и веря, что она настолько обольстила его, что может распоряжаться им, как ей вздумается. И вот однажды во время любовных восторгов, когда граф таял от страсти к ней, она стала умолять его, как об особой милости, убить синьора Ардиццино, который только и делает, что клевещет на нее. Граф, услышав столь странную просьбу, крайне удивился. Однако он тут же сказал, что готов исполнить не только это: чтобы услужить ей, он пойдет решительно на все. Тем не менее, зная хитрость этой женщины и считая синьора Ардиццино за человека благородного и своего друга, от которого он никогда ничего плохого не видел, он решил не причинять ему никакого зла. Ему казалось, что, напротив, синьор Ардиццино имеет больше оснований чувствовать себя оскорбленным им, ибо он, хотя и не зная того, лишил его обладания Бьянкой Марией. Словом, граф думал о том, чтобы только поразвлечься с упомянутой дамой.

Так продолжалось несколько месяцев. Однако Бьянка Мария, видя, что граф, несмотря на то, что Ардиццино был уже два-три раза в Павии, не делает никаких попыток убить его или затеять ссору, а наоборот, любезен с ним и даже несколько раз обедал в его компании, твердо решила расстаться с графом. И вот по этой или иной причине от стала притворяться больной и избегать встреч с графом то под одним, то под другим предлогом, ссылаясь больше всего на то, что ее муж граф ди Челлан будто бы шлет к ней посланцев с просьбой помириться и она во что бы то ни стало хочет вернуться к нему. Она просила графа оставить ее в покое, чтобы соглядатаи мужа, приехавшие в Павию, не могли сказать о ней ничего дурного. Поверил ли граф ди Гайяццо этим россказням или нет, во всяком случае он сделал вид, что поверил, и без лишних слов с ней расстался, покончив с этой любовной связью, а чтобы отрезать себе путь, уехал из Павии и поселился в Милане.

Синьора Бьянка Мария после отъезда графа решила, что-куда свободнее ей было с синьором Ардиццино, так безумно ее любившим, и мгновенно сменила ненависть к нему на любовь, или, чтобы сказать точнее, переменила предмет своих вожделений. Она надумала вернуться к своим прежним любовным забавам с названным синьором Ардиццино и, найдя способ поговорить с ним и оправдаться, дала ему понять, что она в его власти и навеки останется с ним, если он этого захочет, умоляя его отдать себя в ее распоряжение, а она будет всецело принадлежать ему.

Дело обернулось так, что синьор Ардиццино снова вернулся к прежним своим утехам и опять вступил в обладание прелестями Бьянки, не расставаясь с ней ни днем, ни ночью. Так жили они довольно долго, пока в душу Бьянки Марии не запала мысль убить графа ди Гайяццо. Если бы кто-нибудь захотел установить истинную причину этого желания, я сильно сомневаюсь, чтобы ему это удалось: ясно лишь, что она была женщиной сумасбродной и способной на самое страшное преступление, ибо, увлекаемая своими разнузданными непристойными желаниями, не подчинявшимися рассудку, она готовила себе и другим печальный конец, о чем вы сейчас услышите.

Предавшись всецело этой мысли, ибо ей казалось, что она не сможет жить спокойно, если граф ди Гайяццо не будет убит, и не находя другого способа, как только уговорить синьора Ардиццино стать его убийцей, Бьянка однажды, лежа с ним в постели и предаваясь любовным ласкам, сказала ему так:

— Вот уже несколько дней, как я собираюсь, синьор мой, попросить вас об одной милости, и думаю, что вы мне не откажете.

— Я к услугам вашим, — сказал любовник, — и сделаю все, что вы мне прикажете, лишь бы это было в моих силах.

Тогда Бьянка продолжала:

— Скажите мне, что, граф ди Гайяццо — ваш близкий друг?

— Разумеется, — отвечал Ардиццино, — он мой друг, и добрый друг. Я люблю его как брата, я знаю, что и он меня тоже любит и всегда готов сделать мне приятное, как и я ему. Но почему вы мне задаете этот вопрос?

— Сейчас я вам все объясню, — ответила дама и, поцеловав его нежно несколько раз, сказала: — Однако, жизнь моя, вы сильно ошибаетесь, я твердо уверена, что у вас на свете нет более: злого врага, чем он. Послушайте же, как я об этом дозналась, чтобы вы не подумали, что это лишь моя фантазия. Когда он встречался со мной, как-то разговор зашел о вас, и он клялся мне, что до тех пор не будет чувствовать себя счастливым, пока в один прекрасный день не пронзит вам грудь отравленным кинжалом, и добавил, что рассчитывает в скором времени преподнести вам такую штучку, что вам тошно станет. Еще много дурного говорил он мне о вас, но о причине своей злобы сказать не хотел, как я его об этом ни упрашивала. Я умоляла его отказаться от этой мысли, хотя в то время была с вами в ссоре. Но он мне сердито отвечал, что это решено, и просил меня переменить разговор. Берегитесь же его. Теперь вы предупреждены, будьте осторожны. Но если вы мне доверяете, я дам вам добрый совет, и вам не будут страшны ни его угрозы, ни он сам. Возьмите почин на себя, и сами сделайте то, что он собирается сделать с вами. Вы преотлично можете его обойти, и все вас будут только хвалить за это и больше бояться. Поверьте мне, если вы не начнете первым, он глаз не сомкнет, пока в один прекрасный день не нападет на вас врасплох и не убьет. Послушайтесь же моего совета, прикажите как можно скорее разделаться с ним, и вы не только исполните свой долг и обязанность рыцаря, защищающего свою столь драгоценную жизнь, но и доставите мне одно из самых больших удовольствий, какое только возможно. Если вы не хотите сделать это ради себя, то сделайте во имя вашей любви ко мне. Подари вы мне целый город, это не было бы для меня более желанным подарком, чем смерть этого косноязычного. Если вы меня любите так, как я думаю, вы отправите на тот свет этого наглеца и выскочку, который не чтит ни бога, ни людей.

Пожалуй, Бьянка Мария смогла бы убедить Ардиццино и он поверил бы ее наветам, если бы она сумела скрыть свое волнение при последних словах, из которых он заключил, что она действует не ради него, а под влиянием какой-то особой ненависти к графу, и утвердился в том мнении, что граф никогда с ней о подобных вещах и не заговаривал. Впрочем, он сделал вид, что очень ценит сделанное предупреждение, и без конца благодарил ее, обещая последовать ее мудрому совету. Однако поступил он совершенно иначе, решившись ехать в Милан и лично переговорить с графом, что и сделал. Будучи в Милане и улучив удобный момент, он как-то затеял беседу с графом и со всеми подробностями передал ему свой разговор с Бьянкой. Граф осенил себя крестным знамением и, полный удивления, воскликнул:

— О негодная тварь! Если бы я не считал, что благородному человеку зазорно пачкать руки в крови женщины, и особенно такой порочной, как эта, я вырвал бы ей язык сквозь, затылок. Впрочем, прежде заставил бы сознаться, сколько раз она, сложив руки крестом, умоляла меня убить вас.

Итак, открыв друг другу помыслы этой женщины, они убедились в коварстве ее души. Они поносили ее, как самую негодную распутную тварь, и всюду рассказывали об ее злодейских замыслах, так что она вскоре стала притчей в устах всего города. Она же, проведав, что о ней говорили эти синьоры, хотя и делала вид, что это ее мало заботит, все же бесилась от злости и думала лишь о том, как бы получше им отомстить. Вскоре она поехала в Милан и поселилась в доме синьора Дариа Боэта.

В те дни в Милане проживал Пьетро ди Кардона, сицилиец, командовавший отрядом дона Артале, побочного сына графа ди Коллизано, убитого в сражении при Бикокке[175]. Этот дон Пьетро был юноша лет двадцати, смуглый лицом, но хорошо сложенный и с виду всегда печальный, который, увидев как-то раз Бьянку, без ума в нее влюбился. Познакомившись с, ним, она убедилась, что он еще желторотый птенец и, пожалуй, его можно сделать орудием того убийства, которого она так страстно желала; стараясь быть с ним поласковее, она всеми силами стремилась его обольстить и подчинить себе. Он же, никогда не знавший ни одной благородной дамы и считая ее одной из первых в Милане, изнывал от страсти к ней. В конце концов однажды ночью она привела его к себе и отдалась ему с безумным пылом, делая вид, что совершенно опьянена его любовью; она осыпала его такими ласками и с такой охотой предавалась любовным утехам с ним, что он стал считать себя самым счастливым человеком на свете и думал только о ней. Она так подчинила его своей воле, что немного времени спустя стала упрашивать его оказать ей особую милость и убить графа ди Гайяццо и синьора Ардиццино. Дон Пьетро, смотревший на все глазами своей любовницы, обещал ей это и, не мешкая, приступил к делу.

Так как граф ди Гайяццо в это время куда-то отбыл, а синьор Ардиццино находился в Милане, то Пьетро решил начать с него. От своих соглядатаев он узнал, что в один из вечеров синьор Ардиццино будет ужинать не дома. Была зима, когда принято ужинать поздно, и Пьетро, взяв человек двадцать пять своих солдат, вооруженных с головы до ног, решил устроить засаду, когда Ардиццино будет возвращаться домой. Вы знаете, разумеется, проход под аркой налево от улицы Маравильи в сторону Корсо Сан Джакомо. Зная, что синьор Ардиццино пройдет именно здесь, Пьетро со своими солдатами засел в соседнем домике и, имея сведения от своих соглядатаев, что Ардиццино возвращается с братом, синьором Карло, расположил своих людей так, чтобы можно было окружить их со всех сторон. Здесь и разгорелась схватка. Но что могли сделать двое юношей и десяток слуг, имея лишь шпаги, со столькими вооруженными до зубов людьми, да еще с длинными копьями?

Бой был недолгий, несчастные юноши и почти все их слуги были перебиты. Герцог Бурбонский, бежавший из Франции в Милан и бывший там наместником императора, приказал в ту же ночь взять под стражу Пьетро и отправить его в тюрьму. Тот сознался, что совершил это злодеяние по наущению Бьянки Марии. Она же, узнав об аресте Пьетро, хотя и имела время уехать, не знаю уж по какой причине осталась в городе. Герцог Бурбонский, когда ему донесли о признании Пьетро, приказал схватить Бьянку, которая, по глупости, взяла с собой мешок с пятнадцатью тысячами золотых скудо, рассчитывая с помощью разных уловок спастись от тюрьмы. Дону Пьетро удалось бежать, а злосчастная женщина, своими устами подтвердившая признание любовника, была приговорена к смертной казни. Выслушав приговор и не зная, что дон Пьетро избежал правосудия, она никак не могла примириться со смертью. В конце концов, когда ее привели в равелин тюрьмы, выходящий на площадь, и она увидела плаху, она стала горько рыдать, умоляя об единственной милости — позволить ей увидеть дон Пьетро, чтобы умереть спокойно. Мольбы ее были напрасны. Несчастной отрубили голову. Таков был конец всем ее необузданным желаниям. Кто захочет увидеть ее портрет, пусть пойдет в церковь Большого монастыря и там увидит ее изображение.

ПРИМЕЧАНИЯ
  • [175] В этом сражении войска императора Карла V нанесли поражение вторгшимся в Ломбардию французским войскам (1522).

Итальянский оригинал текста

ВЕРНУТЬСЯ К СПИСКУ НОВЕЛЛ

Читать предыдущую новеллу

Читать следующую новеллу

Advertisements

Один ответ

Subscribe to comments with RSS.

  1. […] IV. Графиня ди Челлан заставляет убить графа ди Мазино, и е… (Перевод А. Шадрина) // ?; там же — другой вариант […]


Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

%d такие блоггеры, как: